Хозяин и рабыня! Бывший купил меня на аукционе должников!
Мартен Визави — сильнейший ледяной дракон и ректор академии Конкорд — выкупил меня на торгах должников и сделал своей рабыней.
Пять лет назад этот мужчина разбил мне сердце. Бросил, пропав без объяснений. Он до сих пор не знает, что у нас родился ребенок, и я сделаю все, чтобы не узнал об этом никогда.
Сбегу, выкручусь, обману! Только бы вернуться к сыну, что так похож на своего отца.
Да только, что сделает бессердечный бывший, узнав правду?
🔥встреча через время
🔥тайный ребенок, общий ребенок
🔥драконы, маги, демоны
🔥властный ректор и ученица
🔥хозяин и рабыня
🔥сильная несломленная героиня
🔥сложные отношения
🔥чувственно и откровенно, для читателей старше 18+
🔥мат! Нежным ромашкам не рекомендуется!
ДИАНА БИЛЫК И ЮЛИЯ ПУЛЬС
РЕКТОР-ХОЗЯИН И ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА
ИСТОРИЯ МАРТЕНА ВИЗАВИ ИЗ РОМАНА "УЗЫ НЕНАВИСТИ. АКАДЕМИЯ КОНКОРД" (можно читать отдельно)
ОТРЫВОК
Кто-то из толпы выкрикнул:— Сто золотых!
Это будто пробудило Визави: ядовито-злая маска снова рухнула на строгое лицо, утяжелила подбородок, заострила скулы. И в льдисто-синих глазах закружилась беспощадная вьюга.
— Двести, — тихо сказал он, но весь мир вокруг будто прислушался к его хрипотце — замолчал.
Даже не знаю, к кому лучше попасть в рабство. К противному Бьорну или к подлому бывшему, который сломал мою жизнь. И чем больше за меня заплатят, тем дольше буду отрабатывать долг.
Что Визави вообще забыл на невольничьем рынке Ветроны?
— Двести пятьдесят! — поднял руку Бьорн, но я продолжала смотреть на Мартена с ненавистью.
И он смотрел. Разбирал на косточки и едва заметно ухмылялся.
— Триста, — так же тихо, и толпа вновь, слабо пророкотав, заткнулась.
Настолько паршиво я еще никогда себя не чувствовала. В грудь будто ржавый кинжал вгоняли и прокручивали, вспарывая былую рану. Визави что же, решил вернуться, чтобы поглумиться надо мной?
— Пятьсот! — перебил его ставку тот купец, что подходил ко мне и трогал за щеку.
Стало так противно, когда кинула на подонка полный презрения взгляд.
Мартен ничего не ответил. Просто молча стоял. Только в глубине его синих глаз стало так холодно, что можно было порезаться об острые края льда.
— Кто даст больше? — вышел вперед алчный старикашка, жаждущий продать меня подороже. — Пятьсот золотых раз…
Мне физически поплохело, когда представила, что этот сальный мужик будет со мной делать. Чудом ноги держали, но уже заметно дрожали.
— Тысяча и расходимся! Далия моя! — обдал меня похотливой улыбочкой ректор Бьорн.
Добился, тварь, чего хотел. Это слишком большие деньги, чтобы кто-то смог перебить такую высокую ставку.
Я сжала кулаки, заставляя себя быть сильной. Обязательно придумаю, как сбежать. Сын сейчас с бабушкой Изарой в ее маленьком сельском доме. У меня сердце ныло от боли и тоски по крошке Тоби. Как он там без меня? Так плакал бедный, когда меня забирали надзиратели ипподрома.
Визави дернул уголком губ, впился в мое лицо надменным взглядом и продолжал молчать.
— Тысяча раз… Тысяча два… Тысяча… — поднял руку довольный аукционист.
Бьорн потеребил кожаный мешочек с монетами. Посмотрел на меня победоносно и послал воздушный поцелуй.
Я на миг зажмурилась и схватилась за сердце. Оно выпрыгивало из груди и до боли стучало в висках.
— Десять. Тысяч, — все так же тихо произнес Визави, глядя на меня в упор.
